Государственный министр

Интервью

Григорий Мартиросян: Мы видим в миротворцах России гарантов мира в НКР

23.12.2020

Государственный министр непризнанной Нагорно-Карабахской республики Григорий Мартиросян рассказал в интервью РИА Новости, сколько времени потребуется для восстановления НКР после недавней войны, откуда власти планируют брать на это средства, и чем здесь могут помочь российские миротворцы. Он также высказал оценку того, можно ли считать конфликт в Карабахе событием прошедшего времени, и рассказал, с какой просьбой его правительство обратилось к РФ.

– Григорий Игоревич, после недавнего военного обострения между Азербайджаном и Арменией НКР столкнулась с самым серьезным кризисом, последствия которого наверняка будут ощущаться еще много лет. В чем состоит ваша стратегия по выходу из этого кризиса, и каковы ее основные приоритеты?
– Во-первых, необходимо отметить, что Республика Арцах (армянское название НКР – ред.) и ее население действительно оказались на грани гуманитарного кризиса. Урон, причиненный в результате военных действий, в первую очередь затронул гражданское население и гражданские объекты, в том числеобъекты инфраструктуры, собственность граждан, а также другие элементы, которые обеспечивают нормальную жизнь населения.Урон, причиненный противником, просто огромен. Сейчас ведутся работы, чтобы дать ему оценку в денежном выражении, но уже можно сказать, что он сопоставим с объемом ВВП республики за несколько лет. Это в первую очередь касается таких сфер, как сельское хозяйство, энергетика.
Из-за того, что большая часть территорий в результате военных действий отошла противнику или была захвачена, наша экономика лишилась большей части сельскохозяйственных земель и объектов энергетики, не говоря о том, что большая часть собственности граждан – объекты недвижимости, личная и сельскохозяйственная техника – также была либо уничтожена, либо осталась вне нашего контроля.
Как итог – восстановление экономики республики после нанесенного ей урона займет еще долгое время. За последние годы нам удалось выйти на довольно неплохие экономические показатели. Скажем, в 2019 году объем нашего ВВП на душу населения превысил 4,8 тысячи долларов, что по сравнению со странами региона выше среднего. Теперь, очевидно, мы вынуждены исходить если не с нулевых, то с очень низких позиций. Я думаю, нам понадобится довольно много времени, если не лет, чтобы восстановить те показатели, которые уже были достигнуты. Однако, я уверен, мы этого добьемся.
– Из каких источников вы планируете привлекать финансирование для восстановления экономики?
– Мы работаем по многим направлениям. Это бюджетные и внебюджетные средства, благотворительные фонды, помощь диаспор, а также другие источники, которые предлагают нам подобную помощь.
– Как вы считаете, Россия могла бы оказать существенное содействие на этом направлении?
– Несомненно. Россия уже сегодня оказывает содействие. Хотел бы упомянуть несколько важнейших сфер. Как я уже говорил, вследствие войны все главные объекты инфраструктуры республики были повреждены. В какой-то момент мы почти остались без энерго- и газоснабжения, а также связи. В работах по восстановлению главных магистральных каналов энергоснабжения нам большую помощь оказала миротворческая миссия России, базирующаяся в Арцахе.
Из-за того, что часть этих магистралей проходила по территории, близкой к границе, или той, которая находится вне нашего контроля, миротворцы оказали нам реальную помощь в обеспечении безопасности, а также техническую, что дало нам возможность оперативно их восстановить. На сегодняшний день они восстановлены почти в полном объеме, и мы уже смогли обеспечить стабильное энергоснабжение и снабжение связью из внешнего мира в республику.
Правда, внутренние сети еще не до конца восстановлены, и в этом направлении мы также работаем. И здесь нам понадобится помощь наших коллег из Российской Федерации.
– Сколько времени, на ваш взгляд, потребуется, чтобы вернуть НКР к довоенному состоянию?
– Как я уже упоминал, урон причинен огромный, и поэтому я затрудняюсь назвать какие-то конкретные сроки. Весь наш потенциал отброшен на много лет назад. От нас потребуются чрезвычайные усилия, чтобы мы смогли восстановить и развить нашу экономику.
С другой стороны, вследствие тех потерь, которые мы понесли, перед нами открывается возможность с чистого листа развить такие сферы, которые позволят нам получить более высокие результаты в более сжатые сроки. В первую очередь это касается развития интенсивного сельского хозяйства, новых видов энергетики, некоторых сфер информационных технологий.
Перед нами открывается возможность направить свои усилия в развитие новых высокотехнологичных сфер, которые не требуют больших исходных природных ресурсов. В некоторой степени мы вынуждены так поступить, поскольку на сегодняшний день большая часть ресурсов республики потеряна.
– С учетом всех амбициозных планов, которые вы озвучили, можем ли мы однозначно утверждать, что нагорно-карабахский конфликт остался в прошлом?
– Это сложный вопрос. Хотелось бы на это надеяться. Однозначно можно сказать то, что без стабильных гарантий безопасности население Нагорного Карабаха не сможет связывать свое будущее с проживанием здесь. За сорок четыре дня войны мы потерпели множество лишений. Тысячи людей погибли и были ранены. Эти раны будут болеть в душе еще долгое время.
Поэтому в первую очередь мы должны понимать, что только в случае гарантий отсутствия агрессии или военных действий наши люди смогут связывать свою мирную жизнь со своей родиной. Здесь, несомненно, первоочередную роль будут играть миротворческие силы, присутствующие в Арцахе.
– На ваш взгляд, нынешнего уровня присутствия российских миротворцев в НКР достаточно, чтобы полноценно поддерживать безопасность и восстановление в регионе?
– Увы, я затрудняюсь ответить на этот вопрос. Я думаю, это зависит от того, насколько сам миротворческий контингент оценивает свои возможности.
– Позвольте переформулировать. На ваш взгляд, расширение миротворческого контингента РФ в Карабахе отвечало бы интересам его послевоенного восстановления?
– Сфера моей деятельности относится к экономике, и если оценивать ваш вопрос с этих позиций, мне кажется, что мы и наши коллеги-миротворцы уже делаем все от нас зависящее, чтобы обеспечить безопасность и восстановление после войны.Наше взаимодействие с миротворцами находится на очень высоком уровне, и как можно увидеть, все уже делается на пределе возможностей.
– После недавнего военного обострения в Нагорном Карабахе многие люди потеряли кров и даже сейчас, спустя месяц после окончания войны, сомневаются, помогут ли им власти вернуться к прежней жизни. На сегодняшний день в Арцахе хватает жилья для расселения беженцев?
– В результате военных действий порядка 35-45 тысяч наших людей лишились крова. Сюда входят и те, кто потерял свои дома в результате артобстрелов, и те, кто лишился их из-за перехода ряда территорий Арцаха под контроль Азербайджана. Большая часть этих людей сегодня находятся в Армении.
Конечно, чтобы вернуть их, мы должны обеспечить им хотя бы минимальные условия для жизни, быта. Это приоритетная задача правительства. Тем, кто возвращается, мы в срочном порядке предоставляем временное жилье. Задействуем и вторичный фонд, и гостиницы, и общественные здания. В перспективе мы видим решение этого вопроса в строительстве домов и квартир. Перед нами стоит цель обеспечить жильем всех людей, которые изъявили желание вернуться. Мы понимаем, что для этого понадобится время. Возможно, решение этой задачи будет проходить в два этапа. Скажем, первый – расселение в быстровозводимые дома, а в дальнейшем – обеспечение постоянным жильем. Мы будем использовать все наши возможности.
Мы также обратились за помощью к правительству России. На сегодняшний день этот вопрос обсуждается. Часть помощи уже оказана: это и стройматериалы, и предметы первой необходимости, такие как одеяла, и тому подобное.
– Есть еще один вопрос, который напрямую касается послевоенного восстановления НКР. В последние недели здесь активно обсуждается возможность открытия авиасообщения. Как обстоит ситуация на этом направлении?
– Это стало бы большим подспорьем в восстановлении мирной жизни, с учетом того, что сегодня есть лишь одна дорога, соединяющая Арцах с внешним миром. Она находится в довольно сложном состоянии, поэтому налаженное авиасообщение сыграло бы положительную роль в обеспечении стабильности и уверенности в завтрашнем дне у жителей республики.
На данный момент пока нет полной ясности по возможности функционирования авиасообщения. Но надежда на это есть. Надежды всех жителей связаны прежде всего с тем, что российским миротворцам удастся наладить устойчивое авиасообщение с внешним миром. Однако какие-то конкретные сроки по данному вопросу я пока назвать не могу.

– Насколько серьезно сегодня в НКР обстоит ситуация с распространением коронавируса? Нет ли у вас планов вакцинировать население, и может ли российская вакцина "Спутник V" представлять для вас интерес в этом отношении?
– Сегодня у нас болеют коронавирусом несколько десятков человек, они находятся на лечении в стационаре. До войны у нас была очень хорошая эпидемиологическая ситуация – не было зарегистрировано ни одного смертельного случая, и мы эффективно боролись с COVID-19. В дни войны эта борьба отошла на второй план.
Вследствие того, что значительная часть населения покинула республику, а затем вернулась, здесь практически не соблюдался масочный режим или какие-либо другие противоэпидемические меры. Естественно, это отразилось на росте заболеваемости и числе смертельных случаев.
Ресурсы нашей системы здравоохранения достаточны, чтобы обеспечить текущее лечение больных. Вопрос с вакцинированием пока не обсуждался. Я думаю, мы обязательно обратимся к нему после того, как убедимся на примере других стран, что российская вакцина является эффективной. В первую очередь – по самой России. Как я понимаю, в России вакцинация только должна начаться. Если она зарекомендует себя положительно, почему бы и нет, мы также можем рассмотреть этот вопрос.

 

← Вернуться к списку